Друзья

Подпишись на мой telegram-канал о Минске: в нем всякие забавные штуки, попадающиеся по пути. Контент нигде не дублируется!

Как у любого нормального человека, к 35-и годам у меня почти не осталось друзей. Точнее, физически они существуют и даже, возможно, читают этот пост, но назвать наши отношения дружескими уже не получится. Вот ведь как бывает: жизнь вымывает самые крепкие отношения, как ветер обтачивает балансирующие камни до тех пор, пока эти камни не рушатся под собственной тяжестью. Так и у нас с друзьями — с каждым годом все больше обстоятельств влияет на количество и качество встреч, а потом нить истончается окончательно и встречи прекращаются.

Когда мне было тридцать лет, я решил собрать всех близких мне людей. Снял большой дом под Минском, купил выпивку и еду, обзвонил корешей и к вечеру все собрались. Прилетел даже Федя из Питера, с которым в юношестве мы были не разлей вода (слушали вместе металл и тайком курили сигареты в лесополосе на Ангарской). Несколько лет назад Федор решил круто изменить свою жизнь, бросив отчизну ради новых вызовов и укатил в Санкт-Петербург ровно в мой день рождения. Не то чтобы мне было обидно, но Федьки стало откровенно не хватать. У него на чужбине все получилось: появилась семья, своя компания, построилась квартира, родился ребенок, но видимся мы по понятным причинам очень редко — даже не во всякий мой приезд в Питер и не во всякий его приезд в Минск. Чувствуется, что общие темы как-то исчерпались.

Кирилл тогда, на 30-летие, прийти не смог, потому что живет еще дальше. Он поменял свою жизнь в разы круче, отправившись жить на другой конец света в Калгари. Калгари — это вообще где? Это самый запад Канады, город суровых скал и лютых зим, где как-то проходила Олимпиада. Со времен отъезда Кирилла прошло 7 лет, а виделись мы только однажды: в прошлом году он по делам приезжал в Минск, и мы съели по бургеру в «Гамбринусе».

— Ну, как ты?
— Да нормально…

С Серегой капитально разругались. Вот уж где были кореша так кореша! Мы были знакомы чуть не с младенческих лет, у нас вообще была плотная и сбитая компания — я, Кирилл и Сергей. Кирилл вот уехал, а Сергей нет, но это не мешает нам не общаться еще больше лет, чем с Кириллом. Потому что однажды по пьяной лавочке нам захотелось высказать друг другу накопившиеся претензии. Высказали так надежно, что с тех пор если и пересекаемся, то случайно. На свое 30-летие я Сергея так и не позвал, единственного, кого не позвал.

С детского сада был у меня друг-не разлей вода Макс Боровский. Мы жили в соседних домах и постоянно проводили время друг с другом. Отношения наши истончились вообще как-то сами: позврослев, поменяв приоритеты, интересы, мы стали реже видеться и встречи эти в какой-то момент стали так редки, что я даже не заметил, как Максим сменил место жительства и уехал из района. С тех пор я его не видел.

Друзей все меньше, а новых как-то нет. Даже со студенческих лет, когда еще нежный возраст и новым отношениям ничего не мешает, никого не осталось. Нет ни одного человека из университета, с кем я бы общался не по работе, не эпизодически, но постоянно и по-дружески.

Жизнь за тридцать принесла несколько новых крепких знакомств, но перерастут ли они в крепкую дружбу, непонятно. Самые крепкие отношения сформировались еще в детстве да и те, как показала практика, рушатся под давлением обстоятельств. Причем обстоятельства наступают как-то сами по себе: никто не застрахован от того, что друзей к 40 или дальше вплоть до смертной доски, не останется вовсе.

От того остающиеся отношения еще более ценны, но и хрупки одновременно.

Такой вот грустный пост.

PR товаров и услуг и в белорусской прессе. О вас напишут ведущие СМИ Беларуси!

Поделись с друзьями!