▶︎ То, что остается за кадром: мой инстаграм ◀︎

Наверное, это не слишком оригинальная мысль, но советские спальные районы в полной мере отражали суть коммунистической модели общества, где государство являлось заказчиком, подрядчиком и контролером образа жизни граждан. В условиях, когда влияние конечного потребителя на продукт было резко ограничено, продукт естественным образом пошел по пути удешевления: так родились типовые проекты из сборного железобетона, плотная расстановка высотных домов и минимальное наполнение пространств «третьими местами». В общем, большинство из читающих эти строки родились и выросли как раз в подобных районах (как и я). В Беларуси их строят до сих пор, то есть сознание постсоветского белоруса по-прежнему одобряет озвученный подход, а вот в Эстонии перестали. Но эстонцам достались массивы панельного жилья на окраинах городов, с которым нужно было что-то делать, чтобы вдохнуть в них жизнь. Смотрите как это получилось.

Микрорайон Аннелинн является крупнейшим в Тарту, в нем живет около 25 тысяч человек. Жилой массив немаленький даже по меркам большого города. Спроектирован маэстро эстонской архитектуры Мартом Портом, автором генплана Таллинна, главным архитектором государственного проектного института, автором гостиницы «Виру», эстонского квартала Славутича, ЦК Компартии Эстонии (теперь МИД) и множества самых разных менее примечательных зданий.

Задумывался район в конце 60-х годов, начинал строиться в первой половине 70-х, а полностью был завершен только к распаду СССР. Массив прошел стандартный эволюционный путь советской панельной окраины, получив в начале россыпь панельных пятиэтажек первых серий, а затем поднявшись до девяти уровней, разбавленных более низкими «собратьями» улучшенных проектов.

Ночевал я как раз в Аннелинне в бывшем детсаду (!), который кому-то пришло в голову переделать в гостиницу. К слову, отель понравился, тем более сразу по пробуждению можно было начать неистово краеведить.

Через массив по длинной дуге проходит центральная пешеходная дорожка, главный променад Аннелинн. В наше время ей приделали велодорожку и насытили всякого рода уличной мебелью, в том числе парковками велошеринга.

По обеим сторонам жилая застройка с редкими вкраплениями социалки. Внутри кварталов почти никаких магазинов, кафе, пунктов приема стеклотары и чем там еще насыщали жилую зону советские архитекторы. Все это добро вынесено на периметр застройки.

Первые же пятиэтажки по пути страшно напомнили нашу 88-ю серию и, скорее всего, они близкие родственники, несмотря на то, что вот эта модель 111-133 спроектирована «Эстонпроектом» и собрана силами Тартуского домостроительного комбината:

Кебабная, название которой написано специфическим способом, с использованием цифр 6 и 2, заменяющими специальные значки эстонских букв. Насколько я понял, это исключительно порождение интернет-общения, отменившее необходимость переключения клавиатур либо вовсе позволяющее отказаться от отдельной эстонской раскладки. Кажется, название нужно перевести как «Точка».

Детская и воркаут-площадка в одном комплексе. Они очень хороши!

Наполнение небогатое, простое, но очень хочется обратить внимание на нюансы. В местах повышенной беготни детей уложено яркое нетравматичное пружинистое покрытие, в части тренажеров земля подсыпана самой обыкновенной мульчей (крупными деревянными опилками) — другими словами, сделано визуальное зонирование территории. Обратите внимание на материалы и цвета мебели: темные, природные, характерные здешнему климату.

Детская площадка становится первым местом воспитания чувства прекрасного у детей. Когда они вырастут, им не придет в голову красить свои коттеджи в персик, обивать их малиновым вентфасадом и делать козырьки из зеленого плексигласа.

В этой части Аннелинн сразу две школы (обе подписаны на карте гимназиями, так что я не уверен в наличии в принципе обычных школ в стране). Школы советских времен, но после ремонта. Одной сделан попроще, другой посложнее.

Просто сравните с нашими, которые красят в цвета тропического острова, чтобы… Я даже не знаю, зачем.

Теннисный стол из бетона:

Детсад:

«Место встреч» на районе: навес и лавки. Здесь могут посидеть соседи и поговорить и, что немаловажно, посидеть поговорить вдали от шумной детской площадки.

Впрочем, не все прекрасно в Аннелинн. Дворы девятиэтажек, в отличие от дворов пятиэтажек, разочаровали. Понятно, никто их не проектировал под такое количество автомобилей, но сознательно раскатывать асфальт под фасад дома ради того, чтобы уместить как можно больше тачек, — это печаль.

Входная группа класс:

А здесь густо запахло Беларусью: бессер, металлочерепица. Если бы еще глухая стальная дверь, то все — Минск.

Машин много, похоже, в Эстонии нет особых барьеров для входа в число автовладельцев:

Дошел еще до одной школы. У нее оказалась модная спортплощадка и воркаут с посыпкой опилками:

Любопытно, что в Эстонии довольно много строилось домов так называемой 464-й серии, то есть ровно таких, как делал и делает наш МАПИД. Это всесоюзное детище, с небольшими изменениями производилось многими ДСК в разных республиках. Вот, например:

Есть и пятиэтажный вариант, более старый. Здесь удачно переделаны балконы с безрамочным сплошным остеклением. Дом, откапиталенный по единому проекту, смотрится супер:

Да, эстонская особенность в том, что жилые многоэтажки реновируются в большинстве случаев за счет самих жильцов, которые под такое дело оформляют кредит в банке. Вскладчину взяли, привели в порядок общее жилье, потихоньку отдали долг. Взрыв мозга.

Впрочем, это абсолютно правильно. То, что многоквартирник вмещает десятки домохозяйств и обслуживается, например, государственным ЖЭСом, не снимает ответственности за его состояние с реальных владельцев — нас.

Когда-нибудь дорастем…

▶︎ Неожиданные закоулки Минска, странные находки, забавные детали. Телеграм-канал "Минск и минчанин". ◀︎